Фронтовой быт РККА в Великую Отечественную. Всё, что за кадром. Вши в армии


Фронтовой быт РККА в Великую Отечественную. Всё, что за кадром » Военное обозрение

Действительно, что в книгах, что в фильмах, очень редко показывалось, что происходит именно «за кадром» военной жизни. И, если так проанализировать, то в тех же фильмах не показана та часть солдатского быта, которая для зрителя в основном была бы неинтересна, а вот для солдата являлась, наверное, самой значимой.

Это ежедневный быт.

Вроде бы и не такая интересная вещь, но, тем не менее, значимая. Больше всего на правду был похож фильм «В бой идут одни старики», но у летчиков бытовые условия были несколько отличны от пехоты или танкистов. У последних, по мнению режиссеров, показывать особо нечего.

А между тем даже в условиях войны организации быта уделялось внимание. Насколько хорошо? Ну, хотелось бы лучше, но что было, то было. И хотелось бы поговорить именно на тему того, что происходило в ту войну именно тогда, когда затихали бои.

Еда, сон, тепло и баня — вот что нужно было бойцу. Но, несмотря на тяжелые условия, люди читали книги и газеты, ходили в кино, занимались художественной самодеятельностью, пели, танцевали под гармошку, слушали радио и отдыхали. Правда, в основном во втором эшелоне и по праздникам. Пять-десять раз в год.

Оставим еду на потом, поговорим о вещах еще более редких в описаниях, но весьма значимых. О санитарии.

«Кормить вшей на фронте» — эту расхожую фразу слышал, наверное, каждый. Судя по архивным документам, масштабы распространения педикулёза в войсках во время Великой Отечественной войны достигали катастрофических размеров, а для борьбы с вшами была даже создана целая санитарная армада, в которой было свыше сотни спецпоездов и дезинфекционных подразделений.

У 96 бойцов из 100 были вши.

Так что советский солдат с самого начала войны сражался на два фронта: с армией фашистов и армией насекомых. Основу армии паразитов составляли так называемые платяные вши, которые, помимо крупных размеров и сволочного характера, являлись ещё и основными переносчиками ряда инфекционных заболеваний. Толком противостоять этой напасти военные медики не могли: не было ни средств, ни опыта, ни ресурсов.

Так, например, к сентябрю 1941 года в частях Западного фронта «завшивленность» личного состава превышала 85%, на Калининском фронте — 96%. Не хватало мыла, бань и прачечных. Не до быта было в то сложное время. Плюс еще в годы войны резко снизилось качество производимого в стране мыла и практически полностью прекратились поставки соды для стирки.

В Ставке поток донесений вызвал озабоченность, и в бой были брошены кадры Научно-исследовательского испытательного института Красной армии (НИИСИ КА).

Научный поиск принёс первые практические результаты к концу 1941 года: на вооружение Красной армии стали поступать специальные банно-прачечные и дезинфекционные поезда (БПДП), в которых за час могли пройти обработку до сотни бойцов. Состояли такие поезда из 14-18 вагонов: раздевалок, формалиновых камер, душевых, прачечных и сушилок. Паровоз же обеспечивал паром и горячей водой весь этот банно-прачечный комбинат.

Спецпоезда дезинфицировали по 100 бойцов в час.

К концу 1942 года в Красной армии было уже более сотни таких поездов. Естественно, спецпоезда не могли выдавить всех вшей и гнид на фронте. Действовали они далеко от передовой и обрабатывали в основном прибывающее в действующую армию пополнение, либо бойцов частей, отводимых для пополнения или переформирования.

Ближе к фронту с паразитами боролись насмерть (для паразитов) бойцы ОДР, обмывочно-дезинфекционных рот. К 1943 году в РККА насчитывалось 103 таких роты. В своём арсенале борцы со вшивостью имели подвижные дезинсекторные камеры и автодуши.

Стиркой формы занимались полевые прачечные отряды (ППО) и прачечно-дезинфекционные отряды (ПДО), которые вытравливали вшей целым набором химикатов.

Насекомых травили скипидаром, ДДТ и жгли огнём.

Главным средством борьбы с насекомыми стали «синтетические инсектициды», которыми обрабатывались бойцы и их обмундирование. Поначалу это были бисэтилксантоген, на основе которого изготавливались «мыло К» и «препарат К-3», хлорированный скипидар (СК) и его мыльный вариант СК-9, пиретол, анабазинсульфат и прочие средства.

К 1944 году эти препараты использовать перестали. Им на смену пришёл революционный по тем временам ДДТ (в народе — дуст). В пропитанном им белье паразиты не приживались вообще. О том, насколько серьёзную опасность этот препарат представляет для организма человека, учёные узнали лишь спустя 30 лет после войны.

Понятно, что по многим причинам санитары не могли обработать каждого воина Красной армии.

И тогда солдаты пользовались народными методами борьбы со вшами. Например, прожаривание. В общих чертах действо выглядело так: завшивленные гимнастёрки и телогрейки складывались в металлическую бочку, закрывались сверху крышкой и жарились на костре. Но зачастую вместе со вшами погибало и обмундирование.

Большой популярностью в окопах пользовались частые гребешки, которые приходили на фронт в основном по линии гуманитарной помощи от населения. Вшей попросту вычёсывали. Как рассказывают фронтовики, почти все стриглись «под ноль» и даже сбривали брови, старались не носить полушубки и прочие «вшивники».

Кстати, о полушубках, которые так часто мелькают на экранах. Как мне рассказывал мой дед, овчинные полушубки не были в почете именно из-за того, что в них очень любили селиться паразиты. Высшему командованию, у которого проблемы с бытом так остро не стояли — пожалуйста, а вот бойцы предпочитали ватники.

И еще одна деталь. Опять же по рассказам, как только в конце 1942 — начале 1943 года стало получше с питанием, вши как-то угомонились. «Вша, она, зараза, голодного и слабого любит», — часто говаривал дед.

К концу войны проблема педикулёза в армии начала сходить на нет. Одной из причин стала нормализация банно-прачечного обслуживания войск. Так, если за 1942 год солдаты помылись в бане 106 636 000 раз, то в 1944-м почти в 3 раза больше — 272 556 000 раз. В 1942 году тыловыми подразделениями было продезинфицировано 73 244 000 комплектов обмундирования, а в 1944-м — уже 167,6 млн. комплектов.

Вши были не только проблемой Красной армии, но и частей вермахта. Судя по опубликованным воспоминаниям немецких солдат и офицеров, впервые с паразитами они столкнулись в начале зимы 1941 года, когда, спасаясь от холодов, были вынуждены утепляться чем под руку попадётся, создавая тем самым благодатную для обитания вшей среду.

«У немчуры богатые одеялки были, шерстяные», — вспоминал мой дед Николай. Учитывая, что в расположениях немцев он часто оказывался раньше других солдат, да еще и тогда, когда немцы отступать не собирались, вполне мог прибарахлиться. Но… Шерстяные одеяла немцев были просто рассадниками насекомых.

Еще бичом окопов была чесотка. Чесотка — это заразное кожное заболевание, обусловленное паразитом — чесоточным клещом. Заболевший человек ощущает по всему телу резкий, усиливающийся по ночам кожный зуд, сопровождающихся высыпанием мелких пузырьков и волдырей.

Во время войны лечение больных состояло в применении различных мазей, распространен был и метод Демьяновича, согласно которому донага раздетые больные втирали в тело сверху вниз раствор гипосульфита, а затем соляную кислоту. При этом ощущается давление на кожу, схожее с натиранием мокрым песком. После лечения больной может еще 3-5 дней чувствовать зуд как реакцию на убитых клещей. При этом многие бойцы за войну успевали переболеть этими заболеваниями десятки раз…

Вообще, мытье в бане и прохождение санитарной обработки проходили, в основном находясь во втором эшелоне, то есть не принимая непосредственного участия в боях.

Летом бойцы имели возможность купаться в реках, ручьях, собирать дождевую воду. Зимой же не всегда была возможность не только найти уже готовую баню, сооруженную местным населением, но и построить самим временную.

Здесь, особенно в местах, где баню построить проблемно (те же ростовские степи, например), на выручку приходило еще одно изобретение НИИСИ КА — автобани.

Собственно, грузовик с герметичным кузовом, в котором смонтирована печка и бак с водой. Но там, где нет дров, и печка на солярке была вполне.

Фронтовой быт однозначно являлся одним из факторов боеспособности личного состава, он создавал такие условия, когда присутствие самых необходимых явлений в жизни бойцов становилось жизненно необходимым.

Бойцы и офицеры жили в таких условиях, когда самые необходимые для обеспечения жизнедеятельности вещи, такие, как питание, мытье в бане и санитарная обработка, денежное довольствие и свободное от службы время становились практически единственными доступными удовольствиями. А так как и они зачастую отсутствовали, то их наличие превращалось в самодостаточный комплекс "радостей жизни".

А ведь еще надо было и воевать…

И тем не менее, вшей изводили, чинилась обувь и обмундирование, паялись котелки, точились бритвы. Это была целая армия тех, кто помогал солдатам именно преодолевать тяготы и лишения.

Можно долго еще говорить о том, насколько плох или не совсем плох был фронтовой быт советских бойцов. Стоит еще сказать о том, что, в отличие от немецкой армии, отпуска в РККА были редкостью, одной из высочайших наград. Так что оказаться вдали от передовой, после бани, в чистом — это уже было неплохо. Это помогало.

Просто серия фотографий, повествующих о том, что фронтовой быт старались наладить если не должным образом, то хотя бы просто наладить.

Наверное, получилось все-таки лучше, чем у немцев. Если судить по результату, не правда ли?

Источник: http://smolbattle.ru/threads/Быт-солдат-Красной-Армии.51445/

topwar.ru

Лапти, чуни, вши и быт в Красной Армии в Великую Отечественную ч. II

Продолжение, начало в Лапти, чуни, вши и быт в Красной Армии в Великую Отечественную ч. IВ начале официальный прилизанный текст из torwar, затем немного комментариев к нему и воспоминания фронтовика.

Действительно, что в книгах, что в фильмах, очень редко показывалось, что происходит именно «за кадром» военной жизни. И, если так проанализировать, то в тех же фильмах не показана та часть солдатского быта, которая для зрителя в основном была бы неинтересна, а вот для солдата являлась, наверное, самой значимой.Это ежедневный быт.Вроде бы и не такая интересная вещь, но, тем не менее, значимая. Больше всего на правду был похож фильм «В бой идут одни старики», но у летчиков бытовые условия были несколько отличны от пехоты или танкистов. У последних, по мнению режиссеров, показывать особо нечего.

А между тем даже в условиях войны организации быта уделялось внимание. Насколько хорошо? Ну, хотелось бы лучше, но что было, то было. И хотелось бы поговорить именно на тему того, что происходило в ту войну именно тогда, когда затихали бои.

Еда, сон, тепло и баня — вот что нужно было бойцу. Но, несмотря на тяжелые условия, люди читали книги и газеты, ходили в кино, занимались художественной самодеятельностью, пели, танцевали под гармошку, слушали радио и отдыхали. Правда, в основном во втором эшелоне и по праздникам. Пять-десять раз в год.

Оставим еду на потом, поговорим о вещах еще более редких в описаниях, но весьма значимых. О санитарии.

«Кормить вшей на фронте» — эту расхожую фразу слышал, наверное, каждый. Судя по архивным документам, масштабы распространения педикулёза в войсках во время Великой Отечественной войны достигали катастрофических размеров, а для борьбы с вшами была даже создана целая санитарная армада, в которой было свыше сотни спецпоездов и дезинфекционных подразделений.

У 96 бойцов из 100 были вши.

Так что советский солдат с самого начала войны сражался на два фронта: с армией фашистов и армией насекомых. Основу армии паразитов составляли так называемые платяные вши, которые, помимо крупных размеров и сволочного характера, являлись ещё и основными переносчиками ряда инфекционных заболеваний. Толком противостоять этой напасти военные медики не могли: не было ни средств, ни опыта, ни ресурсов.

Так, например, к сентябрю 1941 года в частях Западного фронта «завшивленность» личного состава превышала 85%, на Калининском фронте — 96%. Не хватало мыла, бань и прачечных. Не до быта было в то сложное время. Плюс еще в годы войны резко снизилось качество производимого в стране мыла и практически полностью прекратились поставки соды для стирки.

В Ставке поток донесений вызвал озабоченность, и в бой были брошены кадры Научно-исследовательского испытательного института Красной армии (НИИСИ КА).

Научный поиск принёс первые практические результаты к концу 1941 года: на вооружение Красной армии стали поступать специальные банно-прачечные и дезинфекционные поезда (БПДП), в которых за час могли пройти обработку до сотни бойцов. Состояли такие поезда из 14-18 вагонов: раздевалок, формалиновых камер, душевых, прачечных и сушилок. Паровоз же обеспечивал паром и горячей водой весь этот банно-прачечный комбинат.

Спецпоезда дезинфицировали по 100 бойцов в час.К концу 1942 года в Красной армии было уже более сотни таких поездов. Естественно, спецпоезда не могли выдавить всех вшей и гнид на фронте. Действовали они далеко от передовой и обрабатывали в основном прибывающее в действующую армию пополнение, либо бойцов частей, отводимых для пополнения или переформирования.Ближе к фронту с паразитами боролись насмерть (для паразитов) бойцы ОДР, обмывочно-дезинфекционных рот. К 1943 году в РККА насчитывалось 103 таких роты. В своём арсенале борцы со вшивостью имели подвижные дезинсекторные камеры и автодуши.

Стиркой формы занимались полевые прачечные отряды (ППО) и прачечно-дезинфекционные отряды (ПДО), которые вытравливали вшей целым набором химикатов.

Насекомых травили скипидаром, ДДТ и жгли огнём.

Главным средством борьбы с насекомыми стали «синтетические инсектициды», которыми обрабатывались бойцы и их обмундирование. Поначалу это были бисэтилксантоген, на основе которого изготавливались «мыло К» и «препарат К-3», хлорированный скипидар (СК) и его мыльный вариант СК-9, пиретол, анабазинсульфат и прочие средства.

К 1944 году эти препараты использовать перестали. Им на смену пришёл революционный по тем временам ДДТ (в народе — дуст). В пропитанном им белье паразиты не приживались вообще. О том, насколько серьёзную опасность этот препарат представляет для организма человека, учёные узнали лишь спустя 30 лет после войны.

Понятно, что по многим причинам санитары не могли обработать каждого воина Красной армии.

И тогда солдаты пользовались народными методами борьбы со вшами. Например, прожаривание. В общих чертах действо выглядело так: завшивленные гимнастёрки и телогрейки складывались в металлическую бочку, закрывались сверху крышкой и жарились на костре. Но зачастую вместе со вшами погибало и обмундирование.

Большой популярностью в окопах пользовались частые гребешки, которые приходили на фронт в основном по линии гуманитарной помощи от населения. Вшей попросту вычёсывали. Как рассказывают фронтовики, почти все стриглись «под ноль» и даже сбривали брови, старались не носить полушубки и прочие «вшивники».

Кстати, о полушубках, которые так часто мелькают на экранах. Как мне рассказывал мой дед, овчинные полушубки не были в почете именно из-за того, что в них очень любили селиться паразиты. Высшему командованию, у которого проблемы с бытом так остро не стояли — пожалуйста, а вот бойцы предпочитали ватники.

И еще одна деталь. Опять же по рассказам, как только в конце 1942 — начале 1943 года стало получше с питанием, вши как-то угомонились. «Вша, она, зараза, голодного и слабого любит», — часто говаривал дед.

К концу войны проблема педикулёза в армии начала сходить на нет. Одной из причин стала нормализация банно-прачечного обслуживания войск. Так, если за 1942 год солдаты помылись в бане 106 636 000 раз, то в 1944-м почти в 3 раза больше — 272 556 000 раз. В 1942 году тыловыми подразделениями было продезинфицировано 73 244 000 комплектов обмундирования, а в 1944-м — уже 167,6 млн. комплектов.

Вши были не только проблемой Красной армии, но и частей вермахта. Судя по опубликованным воспоминаниям немецких солдат и офицеров, впервые с паразитами они столкнулись в начале зимы 1941 года, когда, спасаясь от холодов, были вынуждены утепляться чем под руку попадётся, создавая тем самым благодатную для обитания вшей среду.

«У немчуры богатые одеялки были, шерстяные», — вспоминал мой дед Николай. Учитывая, что в расположениях немцев он часто оказывался раньше других солдат, да еще и тогда, когда немцы отступать не собирались, вполне мог прибарахлиться. Но… Шерстяные одеяла немцев были просто рассадниками насекомых.

Еще бичом окопов была чесотка. Чесотка — это заразное кожное заболевание, обусловленное паразитом — чесоточным клещом. Заболевший человек ощущает по всему телу резкий, усиливающийся по ночам кожный зуд, сопровождающихся высыпанием мелких пузырьков и волдырей.

Во время войны лечение больных состояло в применении различных мазей, распространен был и метод Демьяновича, согласно которому донага раздетые больные втирали в тело сверху вниз раствор гипосульфита, а затем соляную кислоту. При этом ощущается давление на кожу, схожее с натиранием мокрым песком. После лечения больной может еще 3-5 дней чувствовать зуд как реакцию на убитых клещей. При этом многие бойцы за войну успевали переболеть этими заболеваниями десятки раз…

Вообще, мытье в бане и прохождение санитарной обработки проходили, в основном находясь во втором эшелоне, то есть не принимая непосредственного участия в боях.

Летом бойцы имели возможность купаться в реках, ручьях, собирать дождевую воду. Зимой же не всегда была возможность не только найти уже готовую баню, сооруженную местным населением, но и построить самим временную.

Здесь, особенно в местах, где баню построить проблемно (те же ростовские степи, например), на выручку приходило еще одно изобретение НИИСИ КА — автобани.Собственно, грузовик с герметичным кузовом, в котором смонтирована печка и бак с водой. Но там, где нет дров, и печка на солярке была вполне.

Фронтовой быт однозначно являлся одним из факторов боеспособности личного состава, он создавал такие условия, когда присутствие самых необходимых явлений в жизни бойцов становилось жизненно необходимым.

Бойцы и офицеры жили в таких условиях, когда самые необходимые для обеспечения жизнедеятельности вещи, такие, как питание, мытье в бане и санитарная обработка, денежное довольствие и свободное от службы время становились практически единственными доступными удовольствиями. А так как и они зачастую отсутствовали, то их наличие превращалось в самодостаточный комплекс "радостей жизни".А ведь еще надо было и воевать…И тем не менее, вшей изводили, чинилась обувь и обмундирование, паялись котелки, точились бритвы. Это была целая армия тех, кто помогал солдатам именно преодолевать тяготы и лишения.Можно долго еще говорить о том, насколько плох или не совсем плох был фронтовой быт советских бойцов. Стоит еще сказать о том, что, в отличие от немецкой армии, отпуска в РККА были редкостью, одной из высочайших наград. Так что оказаться вдали от передовой, после бани, в чистом — это уже было неплохо. Это помогало.Просто серия фотографий, повествующих о том, что фронтовой быт старались наладить если не должным образом, то хотя бы просто наладить.

источник: https://topwar.ru/121778-frontovoy-byt-rkka-v-velikuyu-otechestvennuyu-vse-chto-za-kadrom.htmlТеперь там же комментарии:

" - Вы бред написали, обе стороны были примерно равны- нищий у нас солдат был-НИЩИЙ- по качеству обмундирования и экипировки немцы были на несколько порядков выше-наши оббирали их как липку-от портупей и ремней-что оень ценилось у нас-штык ножи-тоже по качеству превосходили наши и как трофей ценились,бритвы,зажигалки,прочая мелочь-куртки немецкие,обувь,передвижные печи,фонари от одноцветных до трехцветных,пистолеты вообще отдельная тема-для шика.Оружие,бинокли-высший придел ..."переделанные из немецких ремней, сточенные бляхи:

" - 1. Интересное обмундирование бойцов на нижнем фото и у орудия - гимнастёрки старого "фасона" с отложным воротником и накладными карманами - и погоны.2. Где-то у А.Драбкина в "Я дрался на Т-34" были воспоминания танкиста:- спать на койке за год пришлось считанное количество раз;- да, прожарку формы делали в бочках;- типовое место ночёвки зимой - это вырытая яма с той же бочкой в роли печи и наехавший на эту яму танк, прикрытый сверху брезентовым чехлом (без брезента вообще жизни не было).Так и воевали...

- Это даже раньше Драбкина было описано - в знаменитой автобиографической повести Курочкина:

Две ночи экипаж Сани Малешкина сидел под машиной в яме, около танковой печки. В яме было невыносимо жарко, и дым безжалостно выедал глаза. Огонь в печке надо было поддерживать все время. Таков был приказ командира полка.Последнюю ночь Саня не смыкал глаз до утра. Дежурство у печки он побоялся доверить даже заряжающему – ефрейтору Бянкину, самому опытному и толковому бойцу экипажа. Накануне в полку произошло ЧП. Экипаж Саниного приятеля лейтенанта Пашки Теленкова так усердно топил печку, что раскалил днище машины. Дюритовые соединения на трубопроводах обуглились и лопнули. Из мотора и баков вытекло все масло и горючее. Если бы полк не задержался в лесу еще на сутки по каким-то неизвестным Сане Малешкину причинам, Теленкову могли бы приписать умышленную порчу машины перед боем и отправить его в штрафную роту. Но Пашку пощадили. Впрочем, Пашка – парень действительно отчаянный, смелый, а самоходку вывел из строя потому, что уснул с экипажем и чуть сам не сгорел.

Самоходка стояла в капонире. Экипаж и не подумал углублять окоп. Только вырыл под машиной для себя яму и установил в ней печку.-- Вот черти, лентяи!-- без злобы руганул Малешкин свой экипаж и полез под самоходку. Щербак спал, подвернув, как гусь, под бок голову. Наводчик с заряжающим вели разговор о вшах. Бянкин молча подал Малешкину котелок с пшенной кашей, полбанки свиной тушенки, хлеб и фляжку с водкой...

- у фрицев сапожная и трикотажная мастерская была в каждой роте.Очень удобно для командира роты, но сущее наказание для логистики.Часто бывала такая ситуация- немецкий полк спешно окапывается в ожидании прорвавшихся советских танков и тут командир полка видит вместо советских танков длиннющий интендантский обоз .Попытки выяснить кто ? откуда ? куда ? зачем ? ни к чему не приводит (особенно если это обоз люфтваффе).Через полчаса тот же командир полка видит черный дым , бешенно скачущих лошадей, и советские танки с десантом пехоты вперемежку с немецкими грузовиками и повозками и все это мчится на позиции его полка...

- По воспоминаниям моего деда, в их полку было ДВЕ прачки - худые женщины, одетые в галифе не по размеру и длинные гимнастерки. Изможденные лица и ассоциация с заезженными клячами половых инстинктов не вызывали. Поэтому он всегда плевался, глядя, как на экранах советского кино артистки - красавицы щеголяли в ладно подогнанной форме и сшитых по заказу сапожках.

- Дед начинал службу на Западном фронте в 41-м, в декабре был тяжело ранен... госпиталь... отправлен на Дальний Восток.41-й... было тяжело, порой мечтали о сухаре и кипятке, стало легче когда стабилизировался фронт.Весной 42-го прибыли на Дальний Восток... часть расположили в болоте, за спиной паре-тройке километров пограничники.В баню выводили раз в 10 дней, стрельбы... помывка... полноценное питание.На фронте, на позиции... питались жирокрупянными брикетами и сухари... появившиеся в нашей армии после Финской компании. Всю зелень собрали в округе что можно было пустить на питание... травы,коренья, листву, ягоды, грибы.От плохого питания у солдат развивалась куриная слепота. Из-за постоянной влажности приноровились плести лапти и ходить в них, обувь одевали когда шли на помывку. Сырость провоцировала грибковые заболевания ног и воспаления суставов.Заметное изменение довольствия произошло только в августе 44-го, тогда появились мясные и рыбные консервы, галеты..."   * * * * *"Глазами воевавшего. Как жили на фронте""О фронтовом быте рассказывает Николай Семенович ПОСЫСАЕВ, сапер из 417-й стрелковой дивизии 51-й армии, кавалер орденов Славы 2-й и 3-й степеней, ордена Отечественной войны 1-й степени и медали "За отвагу".

ОДЕЖДА И ОБУВЬ

НИЖНЕЕ белье (кальсоны и рубаху) меняли раз в месяц, а портянки не меняли вообще - о них каждый должен был заботиться сам. На зиму выдавали шинель из английского сукна и телогрейку. Еще зимой носили толстое белье. Каску я за всю войну ни разу не надевал - тяжелая она у нас была, неудобная и голову плохо защищала.

В нашем саперном батальоне сапоги были только у офицеров и некоторых сержантов, да и то кирзовые. Кожаные носили лишь комбат и его заместитель. Все остальные ходили в ботинках с обмотками - точно как товарищ Сухов. Валенки выдавали по желанию, а так и зимой ходили в ботинках.

А вот у немцев сапоги были отменные - крепкие, из настоящей кожи, на пятке - подковы, на подошве - 33 гвоздя, чтоб сносу не было. Довелось мне и их поносить: 10 мая 1945 г. стою на дороге, попутку ловлю. Останавливается бронетранспортер на гусеничном ходу - немецкий, с крестами! Сидят в нем их солдаты, правда, без оружия. Что было делать - сел. А они на меня все волками смотрят. Того и гляди голыми руками придушат. Правда, у меня автомат ППШ, но все-таки... Так я, чтобы обстановочку разрядить, предложил жестами одному немцу поменять его сапоги на мои американские ботинки. Согласился...

ЕДА И ПР.

КОРМИЛИ на войне плохо. Суп-баланда из крупы или пшеничного концентрата, кукурузная каша, когда воевали в Крыму и на Украине. Знаменитую американскую тушенку давали, но по банке на троих в сутки. Пили на войне "чай" - мутную жидкость без вкуса и с запахом ошпаренного веника. Хорошо, если горячий и с американским сахаром. Девять раз в месяц выдавали "наркомовские 100 граммов", да и то только при наступлении. Под конец войны и вовсе давать перестали.

Газет на фронт не привозили, так что для своих нужд пользоваться приходилось в основном травой, а если зимой - то снегом. Когда пехота встает в оборону, первым делом роют траншею вдоль линии фронта, а от нее - ходы сообщения назад. Вот в них-то и делали нужники. А если днем на "нейтралке" лежать приходилось, то куда деться - под себя делали. Там ни головы, ни задницы не поднимешь...

БОЛЕЗНИ

НА ФРОНТЕ я болел всего один раз. Во время освобождения Крыма от плохого питания началась куриная слепота - в темноте вижу только периферийным зрением, а по центру глаз как будто пятаки положили. Так вот, комбат наш меня в хозроту подкормиться отправил. Там как раз корову забили, а поскольку с болезнью этой на фронте сталкивались не впервые, то знали, что лечить ее надо коровьей печенкой. Но перед этим комбат и ротный меня по-своему "обследовали": издалека подозвали (а дело в темноте было), я побежал, и - бух - в траншею. А будь я зрячим, я б ее, конечно, заметил и перепрыгнул. Такая вот диагностика...

Так что все болезни на войне были от недостаточного питания. Из-за нехватки витаминов бывали еще чирьи по всему телу. За ногами все солдаты следили, поэтому потертости почти не встречались. И правда, что ты за пехотинец с кровавыми мозолями?

Когда ходишь под смертью, все хвори куда-то деваются. Ты бы, может, и рад заболеть, да... не получается...

ОТНОШЕНИЯ

САМЫЙ главный начальник для солдата - сержант. В войну они были, как правило, постарше нас, с опытом. Взводного, хоть он и офицер, мы считали своим, таким же солдатом. Ротный командир стоял неизмеримо выше, а до комбата вообще было далеко, как до Бога.

На фронте мы не любили поваров за жадность. Всяких денщиков-ординарцев - за то, что вечно на солдатском горбу выезжали. Черной завистью мы завидовали танкистам (ездят в своих железных коробках, как короли, а у нас марши по 50 км за ночь). Еще завидовали летчикам, хотя сколько их сгорало в небе на наших глазах...

ВРАГ

НЕМЕЦ был мужик серьезный и воевал грамотно, жестоко. Мины ставил все больше "на неизвлекаемость". Один взрыватель, который сверху, выкрутишь, станешь мину из лунки вынимать - и тут же подорвешься. Потому как снизу у нее еще один взрыватель, дополнительный, который накрепко привязан к вбитому в землю колышку. У нас таких не было...

Лицом к лицу с врагом я почти не сталкивался. Но в 1945-м, когда немец был уже не тот, и мы ухитрились взять двух пленных г фельдфебеля и пожилого солдата из фольксштурма - немецкого народного ополчения...

КУРЕВО

НЕ ЗНАЮ, как где, но той "киношной" махорки я за всю войну ни разу не видел. Давали вполне приличный табак, спрессованный в кубической формы брикеты. Советские папиросы к нам, солдатам, ни разу не попадали, зато встречались немецкие трофейные сигареты. Большинство курильщиков считало, что они слабые.

Спички в самом начале войны начисто исчезли из обихода, так что каждый курильщик изощрялся в добывании огня, как мог. У кого кресало и трут, у кого - бензиновая зажигалка из винтовочной гильзы...

УДОВОЛЬСТВИЕ И СТРАХ

НА ВОЙНЕ мы научились получать удовольствие от мелочей - что жратвы трофейной добыть удалось или что портянки новые у старшины выпросил. Ну и само собой, что под смертью побывал и живым вернулся. Странное удовольствие получаешь, когда убьешь немца, когда он на твоей мине подорвется.

Но и боялись на фронте много чего. Смерти. Что свои расстреляют. Плена ужасно боялись. Взводный в атаку поднимает - страх! А он кричит: "За Родину! Вперед!" Ну и, конечно, по матушке в полном объеме... Как же русскому человеку, да еще на войне, без этого?..

Записал Сергей ОСИПОВ Источник:  http://www.aif.ru/archive/1643913

* * * * *Любителям скоротать годик-другой жизни в окопах посвящается..."Как в окопах войны берегли здоровье советских солдат

От питания, разумеется, зависело состояние здоровья. Первой военной весной, которая далась особенно трудно, в госпитали нередко привозили дистрофиков с 'нулевым дыханием'.Плохое питание обостряло хронические заболевания внутренних органов (желудка, печени), авитаминоз вызывал распространение цинги и 'куриной слепоты'. Дневниковые записи инженера-механика танкового полка Л. З. Френкеля (май 1942 г.) сообщают о полугодовом отсутствии овощей (в том числе наиболее важных из них - лука и чеснока) в рационе и, как следствие, возникновении цинги у бойцов35. Писатель-фронтовик Д. А. Гранин свидетельствует, что под Ленинградом он сам и многие из его товарищей-ополченцев заболели цингой, у них стали выпадать зубы: 'Мы пальцами вставляли их обратно. Иногда зубы приживались, и это была радость. Деснами ведь не пожуешь! Батальон целыми днями сосал хвойные противоцинготные брикетики, это немного помогало, укрепляло костную ткань'.Командование прилагало усилия для исправления положения с питанием военнослужащих, виновных снижали в должности и воинским звании, отправляли под трибунал. В приказах наркома обороны неоднократно отмечались 'факты плохой организации питания бойцов и несоветского отношения к сохранению и расходованию продовольствия'. Указывалось, что питание бойцов 'в ряде частей, несмотря на полное наличие продуктов на складах и базах, организовано плохо; имеется немало случаев, когда воры и мошенники безнаказанно обкрадывают красноармейцев, выдавая им хлеба меньше положенной нормы, закладывая в котел неполное количество положенных по раскладке продуктов'. Чтобы улучшить питание бойцов и командиров, приходилось использовать местные возможности по заготовке овощей.Нередко бойцы и командиры получали посылки и от совсем незнакомых им людей. Присылаемое сельскими жителями обычно состояло из продуктов (кусочек сала или домашней колбасы с чесноком, сухофрукты или пара яблок, булочка с запеченным внутри яичком - все заботливо упаковано в сумку из домотканого холста), за исключением кисета с табаком и вложенным письмом...

На начальном этапе войны солдаты носили гимнастерку с откладным воротником, со специальными накладками в районе локтей. Обычно эти накладки делались из брезента. Гимнастерка носилась со штанами, имеющими такие же брезентовые накладки в районе колен.На ногах - ботинки и обмотки1. Именно они были главным горем солдат, особенно пехоты, так как именно этот род войск ходил в них. Они были неудобными, непрочными и тяжелыми. Такой тип обуви был вызван экономией средств. После опубликования в 1939 г. пакта 'Молотов-Риббентроп' армия СССР за два года увеличилась до 5,5 млн. человек. Обуть всех в сапоги было невозможно. Экономили на коже, ботинки шили из той же кирзы 2.До 1943 г. непременным атрибутом пехотинца была скатка через левое плечо. Это шинель, которую для мобильности скатывали и надевали ее так, чтобы солдат не испытывал неудобств при стрельбе. В остальных случаях скатка доставляла массу хлопот. Если летом при переходе пехоту атаковала немецкая авиация, то из-за скатки солдаты были видны на земле. Из-за нее же невозможно было быстро убежать в поле или укрытие. А в окопе ее просто сбрасывали под ноги - с ней было бы не повернуться.У офицеров и солдат Красной Армии было три типа униформы: повседневная, караульная и выходная, каждый из которых имел два варианта - летний и зимний.Летнюю униформу шили из хлопчатобумажной ткани более светлого цвета, а зимнюю - из шерстяной ткани, которая отличалась более насыщенным, тёмным цветом. Офицеры подпоясывались широким кожаным ремнём с латунной пряжкой, украшенной пятиконечной звездой. Солдаты же носили более простой ремень с открытой пряжкой. В полевых условиях солдаты и офицеры могли носить два типа гимнастёрок: повседневную и выходную. Выходную гимнастёрку часто называли френч. Вторым главным элементом униформы были шаровары, также называемые галифе. Солдатские шаровары имели ромбической формы усиливающие нашивки на коленях. В качестве обуви офицеры носили высокие кожаные сапоги, а солдаты - ботинки с обмотками или кирзовые сапоги. Зимой военнослужащие носили шинель из коричневато-серого сукна. Одинаковые по покрою солдатские и офицерские шинели, тем не менее, отличались качеством.На передовой белье одно на все время, да и помыться нет возможности. А во второй линии меняли нижнее бельё на чистое, особенно к концу войны. Верхняя одежда чистилась самим солдатом, за внешним видом которого строго следили старшие по званию, даже в боевых условиях солдат обязан был выглядеть опрятно и побритым..."Источник, отрывки из http://forum.guns.ru/forum/151/1935879.html

harmfulgrumpy.livejournal.com

Тыловое обеспечение и быт советских солдат / Назад в СССР / Back in USSR

Больше всего на правду был похож фильм «В бой идут одни старики», но у летчиков бытовые условия были несколько отличны от пехоты или танкистов. У последних, по мнению режиссеров, показывать особо нечего. А между тем даже в условиях войны организации быта уделялось внимание. Насколько хорошо? Ну, хотелось бы лучше, но что было, то было. И хотелось бы поговорить именно на тему того, что происходило в ту войну именно тогда, когда затихали бои. Еда, сон, тепло и баня — вот что нужно было бойцу. Но, несмотря на тяжелые условия, люди читали книги и газеты, ходили в кино, занимались художественной самодеятельностью, пели, танцевали под гармошку, слушали радио и отдыхали. Правда, в основном во втором эшелоне и по праздникам. Пять-десять раз в год. Оставим еду на потом, поговорим о вещах еще более редких в описаниях, но весьма значимых. О санитарии. «Кормить вшей на фронте» — эту расхожую фразу слышал, наверное, каждый. Судя по архивным документам, масштабы распространения педикулёза в войсках во время Великой Отечественной войны достигали катастрофических размеров, а для борьбы с вшами была даже создана целая санитарная армада, в которой было свыше сотни спецпоездов и дезинфекционных подразделений. У 96 бойцов из 100 были вши. Так что советский солдат с самого начала войны сражался на два фронта: с армией фашистов и армией насекомых. Основу армии паразитов составляли так называемые платяные вши, которые, помимо крупных размеров и сволочного характера, являлись ещё и основными переносчиками ряда инфекционных заболеваний. Толком противостоять этой напасти военные медики не могли: не было ни средств, ни опыта, ни ресурсов. Так, например, к сентябрю 1941 года в частях Западного фронта «завшивленность» личного состава превышала 85%, на Калининском фронте — 96%. Не хватало мыла, бань и прачечных. Не до быта было в то сложное время. Плюс еще в годы войны резко снизилось качество производимого в стране мыла и практически полностью прекратились поставки соды для стирки. В Ставке поток донесений вызвал озабоченность, и в бой были брошены кадры Научно-исследовательского испытательного института Красной армии (НИИСИ КА). Научный поиск принёс первые практические результаты к концу 1941 года: на вооружение Красной армии стали поступать специальные банно-прачечные и дезинфекционные поезда (БПДП), в которых за час могли пройти обработку до сотни бойцов. Состояли такие поезда из 14-18 вагонов: раздевалок, формалиновых камер, душевых, прачечных и сушилок. Паровоз же обеспечивал паром и горячей водой весь этот банно-прачечный комбинат. Спецпоезда дезинфицировали по 100 бойцов в час. К концу 1942 года в Красной армии было уже более сотни таких поездов. Естественно, спецпоезда не могли выдавить всех вшей и гнид на фронте. Действовали они далеко от передовой и обрабатывали в основном прибывающее в действующую армию пополнение, либо бойцов частей, отводимых для пополнения или переформирования. Ближе к фронту с паразитами боролись насмерть (для паразитов) бойцы ОДР, обмывочно-дезинфекционных рот. К 1943 году в РККА насчитывалось 103 таких роты. В своём арсенале борцы со вшивостью имели подвижные дезинсекторные камеры и автодуши. Стиркой формы занимались полевые прачечные отряды (ППО) и прачечно-дезинфекционные отряды (ПДО), которые вытравливали вшей целым набором химикатов. Насекомых травили скипидаром, ДДТ и жгли огнём. Главным средством борьбы с насекомыми стали «синтетические инсектициды», которыми обрабатывались бойцы и их обмундирование. Поначалу это были бисэтилксантоген, на основе которого изготавливались «мыло К» и «препарат К-3», хлорированный скипидар (СК) и его мыльный вариант СК-9, пиретол, анабазинсульфат и прочие средства. К 1944 году эти препараты использовать перестали. Им на смену пришёл революционный по тем временам ДДТ (в народе — дуст). В пропитанном им белье паразиты не приживались вообще. О том, насколько серьёзную опасность этот препарат представляет для организма человека, учёные узнали лишь спустя 30 лет после войны. Понятно, что по многим причинам санитары не могли обработать каждого воина Красной армии. И тогда солдаты пользовались народными методами борьбы со вшами. Например, прожаривание. В общих чертах действо выглядело так: завшивленные гимнастёрки и телогрейки складывались в металлическую бочку, закрывались сверху крышкой и жарились на костре. Но зачастую вместе со вшами погибало и обмундирование. Большой популярностью в окопах пользовались частые гребешки, которые приходили на фронт в основном по линии гуманитарной помощи от населения. Вшей попросту вычёсывали. Как рассказывают фронтовики, почти все стриглись «под ноль» и даже сбривали брови, старались не носить полушубки и прочие «вшивники». Кстати, о полушубках, которые так часто мелькают на экранах. Как мне рассказывал мой дед, овчинные полушубки не были в почете именно из-за того, что в них очень любили селиться паразиты. Высшему командованию, у которого проблемы с бытом так остро не стояли — пожалуйста, а вот бойцы предпочитали ватники. И еще одна деталь. Опять же по рассказам, как только в конце 1942 — начале 1943 года стало получше с питанием, вши как-то угомонились. «Вша, она, зараза, голодного и слабого любит», — часто говаривал дед. К концу войны проблема педикулёза в армии начала сходить на нет. Одной из причин стала нормализация банно-прачечного обслуживания войск. Так, если за 1942 год солдаты помылись в бане 106 636 000 раз, то в 1944-м почти в 3 раза больше — 272 556 000 раз. В 1942 году тыловыми подразделениями было продезинфицировано 73 244 000 комплектов обмундирования, а в 1944-м — уже 167,6 млн. комплектов. Вши были не только проблемой Красной армии, но и частей вермахта. Судя по опубликованным воспоминаниям немецких солдат и офицеров, впервые с паразитами они столкнулись в начале зимы 1941 года, когда, спасаясь от холодов, были вынуждены утепляться чем под руку попадётся, создавая тем самым благодатную для обитания вшей среду. «У немчуры богатые одеялки были, шерстяные», — вспоминал мой дед Николай. Учитывая, что в расположениях немцев он часто оказывался раньше других солдат, да еще и тогда, когда немцы отступать не собирались, вполне мог прибарахлиться. Но… Шерстяные одеяла немцев были просто рассадниками насекомых. Еще бичом окопов была чесотка. Чесотка — это заразное кожное заболевание, обусловленное паразитом — чесоточным клещом. Заболевший человек ощущает по всему телу резкий, усиливающийся по ночам кожный зуд, сопровождающихся высыпанием мелких пузырьков и волдырей. Во время войны лечение больных состояло в применении различных мазей, распространен был и метод Демьяновича, согласно которому донага раздетые больные втирали в тело сверху вниз раствор гипосульфита, а затем соляную кислоту. При этом ощущается давление на кожу, схожее с натиранием мокрым песком. После лечения больной может еще 3-5 дней чувствовать зуд как реакцию на убитых клещей. При этом многие бойцы за войну успевали переболеть этими заболеваниями десятки раз… Вообще, мытье в бане и прохождение санитарной обработки проходили, в основном находясь во втором эшелоне, то есть не принимая непосредственного участия в боях. Летом бойцы имели возможность купаться в реках, ручьях, собирать дождевую воду. Зимой же не всегда была возможность не только найти уже готовую баню, сооруженную местным населением, но и построить самим временную. Здесь, особенно в местах, где баню построить проблемно (те же ростовские степи, например), на выручку приходило еще одно изобретение НИИСИ КА — автобани. Собственно, грузовик с герметичным кузовом, в котором смонтирована печка и бак с водой. Но там, где нет дров, и печка на солярке была вполне. Фронтовой быт однозначно являлся одним из факторов боеспособности личного состава, он создавал такие условия, когда присутствие самых необходимых явлений в жизни бойцов становилось жизненно необходимым. Бойцы и офицеры жили в таких условиях, когда самые необходимые для обеспечения жизнедеятельности вещи, такие, как питание, мытье в бане и санитарная обработка, денежное довольствие и свободное от службы время становились практически единственными доступными удовольствиями. А так как и они зачастую отсутствовали, то их наличие превращалось в самодостаточный комплекс «радостей жизни». А ведь еще надо было и воевать… И тем не менее, вшей изводили, чинилась обувь и обмундирование, паялись котелки, точились бритвы. Это была целая армия тех, кто помогал солдатам именно преодолевать тяготы и лишения. Можно долго еще говорить о том, насколько плох или не совсем плох был фронтовой быть советских бойцов. Стоит еще сказать о том, что, в отличие от немецкой армии, отпуска в РККА были редкостью, одной из высочайших наград. Так что оказаться вдали от передовой, после бани, в чистом — это уже было неплохо. Это помогало. Просто серия фотографий, повествующих о том, что фронтовой быт старались наладить если не должным образом, то хотя бы просто наладить. Наверное, получилось все-таки лучше, чем у немцев. Если судить по результату, не правда ли?Роман Скоморохов

back-in-ussr.com

Голод и вши: новый скандал в украинской армии | Военное дело | ИноСМИ

В украинской армии разразился громкий скандал — на полигоне в Николаевской области военные были вынуждены жить в нечеловеческих условиях.

Бойцы 53-й отдельной механизированной бригады, которых 5 дней назад передислоцировали на полигон Широкий Лан в Николаевской области, отправились пешком в Николаев, чтобы пожаловаться военному прокурору на бытовые условия, в которых их держат после АТО.

Солдаты были оставлены без еды, питьевой воды, средств гигиены, обустроенных мест для сна.

Скандал дошел до Киева, военная прокуратура начала проверку, на полигон выдвинулась масса проверяющих из столицы.

Корреспондент.net собрал информацию о солдатах из Широкого Лана.

Как живут герои

Фотографии с полигона в Николаевской области действительно ужасают.

В палатках стоит вода, дров нет, еды нет, питьевой воды нет, спать приходится практически на снегу.

По словам солдат, матрасы на полигоне со вшами, лекарства просрочены, а волонтерская помощь с территории полигона вывозится машинами.

Солдаты не могли помыться более месяца.

При этом, по данным журналистов, командир расквартированной на полигоне бригады угрожает солдатам за протесты и неповиновение.

Многих солдат избивали, забирали документы и деньги.

Протест военных

В итоге такое содержание привело к тому, что 46 военных 53-й отдельной механизированной бригады ВСУ с полигона Широкий Лан пошли пешком жаловаться в прокуратуру Николаева.

Гордон09.02.2016The Hill08.02.2016Bloomberg05.02.2016Die Welt03.02.2016После начала похода спохватилось как горе-командование солдат, так и местные николаевские власти.

В итоге военнослужащим был предоставлен автобус, на котором они добрались до Николаева, где провели встречу с военным прокурором Николаевского гарнизона Александром Китом.

Прокурор, естественно, пообещал разобраться, а солдат накормили и отправили обратно на полигон.

Реакция Киева

Генштаб Вооруженных сил заявил, что проведет служебную проверку на основании жалоб украинских военнослужащих 53-й отдельной механизированной бригады об условиях жизни на полигоне Широкий Лан.

По словам спикера Генштаба Владислава Селезнева, на месте уже работают представители военной службы и правопорядка ВСУ.

Также представители оперативного командования «Восток» из Днепропетровска разберутся, насколько подтверждаются претензии военных.

Кроме того, по словам Селезнева, должностное лицо, по вине которого сложилась такая ситуация, будет привлечено к уголовной ответственности.

В Минобороны говорят, что ни область, ни полигон не отвечают за обеспечение нормальных бытовых условий для бригад Вооруженных сил Украины и это 100%-ная ответственность командования каждого конкретного воинского подразделения.

Главная военная прокуратура открыла уголовное производство по двум статьям Уголовного кодекса и считает, что уже можно утверждать нарушение военным командованием 53-й отдельной механизированной бригады бытовых условий размещения бойцов 8-й роты этой бригады на полигоне Широкий Лан.

Ситуация начала улучшаться

После скандала ситуация на полигоне Широкий Лан в Николаевской области понемногу начала улучшаться.

Так, по словам бойцов 53-й отдельной механизированной бригады, которые ранее из-за невыносимых условий жизни на полигоне отправились пешком в прокуратуру, их требования частично удовлетворили.

С 8 февраля в часть начали привозить вещи первой необходимости, которых солдаты были лишены долгое время.

Кроме того, бойцам пообещали, что вечером они помоются.

«Прибыли наши палатки, мы начали их раскладывать. Утром прибыла горячая еда, вечером передали генератор. Сегодня обещали баню. На сегодня определенные сдвиги есть, но как будет дальше — непонятно», — рассказал один из военных.

inosmi.ru

как они стали проблемой для воюющих сторон — Рамблер/новости

«Кормить вшей на фронте» — отнюдь не фигура речи. На фронтах Второй мировой войны солдаты боролись не только друг с другом, но и с менее заметным противником, доставлявшим им немало проблем.

Невидимый враг

Несмотря на опыт борьбы с педикулезом в период Первой мировой войны, во время Второй мировой эта проблема вновь дала о себе знать. В условиях антисанитарии вши, перебегая от солдата к солдату, разносили вместе с собой сыпной тиф и «траншейную лихорадку», тем самым многократно увеличивая безвозвратные потери войск.

Основным переносчиком заразы была так называемая платяная (или нательная) вошь, которая крупнее и агрессивнее своего головного сородича. Обитая и размножаясь под одеждой, она доставляла военным не просто дискомфорт, а нестерпимые мучения. Боролись с напастью, как могли. Накануне войны появился дуст, которым стали активно посыпать обжитую вошью одежду, однако эффективность инсектицида оказалась низкой.

Фронтовик Александр Шумилин с содроганием вспоминал, как в госпиталях кровососы заползали под бинты, выгрызая раны. Еще тяжелее приходилось тем, кому наложили гипс. Извлечь оттуда паразитов не было никакой возможности, и они, роясь и гнездясь, постепенно доводили раненых до исступления.

Немецкий солдат Фриц Бельке познакомился со вшами под Ржевом. Избавиться от этой заразы для него оказалось делом весьма проблематичным и долгим. Их ползанье и царапанье, а также угроза заболеть сыпным тифом, по словам немца, принуждала каждого мужчину действовать безотлагательно.

Всевозможными средствами

Санитарное положение в частях Красной Армии оставляло желать лучшего, о чем уже в первые месяцы войны неоднократно докладывали в Ставку. К сентябрю 1941 года на Западном фронте педикулезом страдало до 85% личного состава, на Калининском — около 96%. Однако вплоть до начала 1942 года никаких систематических мер по борьбе с вшивостью не предпринималось, а расходы на помывку и стирку обмундирования были сокращены вдвое. Ситуацию усугубляло то, что в стране резко сократилось качество производимого мыла.

Вслед за педикулезом советских солдат начали поражать более тяжелые заболевания — сыпной тиф и «окопная лихорадка». Требовались неотложные меры. И вот с конца 1941 года в Красную Армию решили внедрить специальные банно-прачечные и дезинфекционные поезда (БПДП), предназначенные для санитарной обработки бойцов. В состав входили от 14 до 18 вагонов, в которых размещались формалиновые камеры, душевые, прачечные и сушилки. В час такие поезда могли обслужить до 100 человек. [С-BLOCK]

Кроме того, для борьбы с паразитами использовались обмывочно-дезинфекционные роты (ОДР), в арсенале которых были дезинсекторные камеры и автодуши, а также прачечно-дезинфекционные отряды (ПДО), которые помимо стирки уничтожали кровососов различными химикатами.

Экстренных мер принятых для борьбы с педикулезом было все равно недостаточно, зачастую бойцы самостоятельно пытались вытравливать вредителей, например, скипидаром. Или жечь огнем. Способ выглядел так: в металлическую бочку клали завшивленную одежду и все это ставили на костер. В результате такой процедуры вместе со вшами нередко погибало и обмундирование.

К концу войны педикулез в советской армии был фактически побежден. Свою роль в этом сыграли нормализация санитарных условий, усиление дезинфекционных мер и улучшение питания личного состава. Не случайно говорили, что «вши любят голодных».

Мавр не смог

В отличие от русских немцы не использовали на фронте прачечно-дезинфекционные службы, из-за чего солдаты чаще страдали разного рода инфекционными заболеваниями. Впервые с проблемой вшей они столкнулись зимой 1941 года. Пытаясь как-то спастись от сильных морозов, бойцы утеплялись чем попало, создавая благоприятную среду для размножения платяной вши.

Сохранилось описание забавного случая, когда немецкий генерал, намереваясь подтолкнуть находившихся в полевом лазарете солдат к борьбе с паразитами, пообещал по сигарете за каждую уничтоженную вошь. Очень быстро ему была предъявлена целая сотня извлеченных из одежды насекомых, многие даже покупали паразитов у сослуживцев, — военачальник уже успел пожалеть о столь щедром предложении.

Для германских войск проблема вшей стала настолько серьезной, что за ее решение взялся личный врач Гитлера Тео Морель, о котором, правда, коллеги-медики были не самого высокого мнения. Плодом его трудов стал порошок, за который он от фюрера удостоился Рыцарского креста. Для внедрения порошка в действующие части даже был создан рекламный плакат, на котором изображался мавр, убивавший исполинских размеров вошь. А рядом была приписка: «Вошь должна сморщиться!». [С-BLOCK]

Оценив плакат, Гитлер заметил: если этот препарат окажется эффективным, то его изобретатель будет увековечен в камне. «Морель из пульверизатора убивает вошь» — таким фюрер видел будущий монумент своему лечащему врачу. Однако в деле порошок Мореля фактически не использовался из-за зловонного запаха и крайне низкой эффективности. При раскопках его часто находили в немецких мусорках. Такая же судьба постигла и другое противовшиное средство — «Russla-Puder», которое не наносило паразитам никакого вреда.

Командиры некоторых частей вермахта зачастую самостоятельно решали проблему со вшами, заставляя солдат ежедневно мыться и менять белье, поставив это процесс под строгий контроль. И очень скоро такие мероприятия дали положительный результат.

Германские медики параллельно с проблемой педикулеза пытались решить ситуацию с инфекционными заболеваниями вызываемыми вшами. В конце 1941 года в 46-м блоке концлагеря Бухенвальд было создано специальное учреждение, в котором около полутысячи заключенных участвовали в испытаниях вакцины против сыпного тифа. В результате безжалостных экспериментов погибло около 20% подопытных.

news.rambler.ru

новый скандал в украинской армии

Пока информация не просочилась в СМИ, солдаты больше месяца не могли помыться, им не давали еду и лекарства.

В украинской армии разразился громкий скандал — на полигоне в Николаевской области военные были вынуждены жить в нечеловеческих условиях.

Бойцы 53-й отдельной механизированной бригады, которых 5 дней назад передислоцировали на полигон Широкий Лан в Николаевской области, отправились пешком в Николаев, чтобы пожаловаться военному прокурору на бытовые условия, в которых их держат после АТО.

Солдаты были оставлены без еды, питьевой воды, средств гигиены, обустроенных мест для сна.

Скандал дошел до Киева, военная прокуратура начала проверку, на полигон выдвинулась масса проверяющих из столицы.

Корреспондент.net собрал информацию о солдатах из Широкого Лана.

Как живут герои

Фотографии с полигона в Николаевской области действительно ужасают.

В палатках стоит вода, дров нет, еды нет, питьевой воды нет, спать приходится практически на снегу.

По словам солдат, матрасы на полигоне со вшами, лекарства просрочены, а волонтерская помощь с территории полигона вывозится машинами.

Солдаты не могли помыться более месяца.

При этом, по данным журналистов, командир расквартированной на полигоне бригады угрожает солдатам за протесты и неповиновение.

Многих солдат избивали, забирали документы и деньги.

Протест военных

В итоге такое содержание привело к тому, что 46 военных 53-й отдельной механизированной бригады ВСУ с полигона Широкий Лан пошли пешком жаловаться в прокуратуру Николаева.

После начала похода спохватилось как горе-командование солдат, так и местные николаевские власти.

В итоге военнослужащим был предоставлен автобус, на котором они добрались до Николаева, где провели встречу с военным прокурором Николаевского гарнизона Александром Китом.

Прокурор, естественно, пообещал разобраться, а солдат накормили и отправили обратно на полигон.

Реакция Киева

Генштаб Вооруженных сил заявил, что проведет служебную проверку на основании жалоб украинских военнослужащих 53-й отдельной механизированной бригады об условиях жизни на полигоне Широкий Лан.

По словам спикера Генштаба Владислава Селезнева, на месте уже работают представители военной службы и правопорядка ВСУ.

Также представители оперативного командования «Восток» из Днепропетровска разберутся, насколько подтверждаются претензии военных.

Кроме того, по словам Селезнева, должностное лицо, по вине которого сложилась такая ситуация, будет привлечено к уголовной ответственности.

В Минобороны говорят, что ни область, ни полигон не отвечают за обеспечение нормальных бытовых условий для бригад Вооруженных сил Украины и это 100%-ная ответственность командования каждого конкретного воинского подразделения.

Главная военная прокуратура открыла уголовное производство по двум статьям Уголовного кодекса и считает, что уже можно утверждать нарушение военным командованием 53-й отдельной механизированной бригады бытовых условий размещения бойцов 8-й роты этой бригады на полигоне Широкий Лан.

Ситуация начала улучшаться

После скандала ситуация на полигоне Широкий Лан в Николаевской области понемногу начала улучшаться.

Так, по словам бойцов 53-й отдельной механизированной бригады, которые ранее из-за невыносимых условий жизни на полигоне отправились пешком в прокуратуру, их требования частично удовлетворили.

С 8 февраля в часть начали привозить вещи первой необходимости, которых солдаты были лишены долгое время.

Кроме того, бойцам пообещали, что вечером они помоются.

«Прибыли наши палатки, мы начали их раскладывать. Утром прибыла горячая еда, вечером передали генератор. Сегодня обещали баню. На сегодня определенные сдвиги есть, но как будет дальше — непонятно», — рассказал один из военных.

inform-novosti.ru

Немецкий Ordnung: Вши и вермахт

Все мы знаем, что немцы культурная нация. Даже порой стремимся в чём-то подражать им. Постоянно сетуем на то, что нам очень не хватает немецкого порядка.

Но это мы так думаем. А что рассказываю сами немцы о порядках, царивших в рядах доблестного вермахта? А рассказывают они много интересного. И эти рассказы никак не укладываются в тот стереотип немецкого идеального порядка прочно укоренившегося в умах наших граждан.

Вот что можно прочитать, например, об инспекции немецких госпиталей одним из немецких генералов, описанной в мемуарах медика Питера Бамма (Невидимый флаг.Фронтовые будни на Восточном фронте. 1941-1945.  –  М.: Центрполиграф, 2006): «Генерал вошёл в одну из палат, где лежали раненые солдаты, и приказал своему адъютанту раздать им большую коробку сигарет. А затем, обратившись к раненым, сказал: «По сигарете за каждую вошь, от которой вы избавитесь!»

 Надо отдать должное генеральской находчивости. Но и начальник госпиталя был не промах, давно, что называется, службу понял.

Он, быстро сообразив, чем всё это для него может кончиться: «Я стоял позади генерала и поднял руку, выпрямив средний и указательный пальцы. Этот знак не означал V – Victoria. Как у Черчилля, он просто означал «два» (то есть, он предложил две сигареты за каждую вошь).

Солдаты сразу же всё поняли. Широко улыбаясь, они сказали, что у них вшей нет, но в полдень я, как и обещал, отдал им более двух сотен сигарет. Позднее я узнал, что солдаты даже покупали вшей в соседних палатах».

Простой подсчёт говорит, что на одну палату пришлось более став вшей – если допустить, что солдаты сжульничали, то всё равно приходится многовато.

Самое интересное, что это  госпиталь находился не в окружении. «Проверка на вшивость» - тоже была частью быта немецкой армии. Интересный случай описывает Винцер, который ясно показывает теоретическую и практическую действительность немецкой армии.

«Из управления кадров сухопутных войск прибыл некий майор Прой, которому я должен был передать дивизион, так как меня выделили для прохождения курсов будущих командиров полка. По обильному багажу, белому белью и новенькой фуражке можно было судить, как он себе представлял жизнь на передовой.

Ему сразу не понравилось то, что я, в нарушение всевозможных предписаний, не носил замшевых перчаток. Адъютанту дивизиона он приказал застегнуть ворот походного френча, а на связного обрушил громы и молнии, когда тот почесался, готовясь стать по стойке «смирно».

Я разъяснил господину из управления кадров:

- У солдат вши, господин майор.

- Простите, что?

- У нас, к сожалению, есть вши, а в бункере клопы.

- Это дикое свинство, любезнейший! Неужели вы ничего против этого не предпринимали? Вижу, что мне придётся здесь сначала позаботиться о чистоте. Это неслыханно!

Он начал свою служебную деятельность с того, что издал приказ по дивизиону, согласно которому каждый солдат обязан был ежедневно по несколько раз мыться и менять бельё. На командиров рот было возложено наблюдение за этой процедурой, им было предложено через три дня доложить об абсолютном отсутствии вшей во вверенной части.

Приказ пришёл, но донесений не последовало. На передовой не было воды, и если кто-либо брился, то он использовал для этого часть своей порции чая или кофе.

Вшей прижимали к ногтю, но они обладали способностью оставлять после себя обильное потомство. Вши выдерживают сильный холод и не тонут, когда рубашка погружена в воду. Только с помощью прожарки или специального порошка можно было от них избавиться, да и то лишь в том случае, если порошок годен к употреблению.

На третий день я снял вошь с воротника майора. Адъютант погрузился в изучение карты, писарь, словно чем-то подавившись, выбежал из бункера, а майор покраснел до корней волос.  Передавали, что он, в конце концов, смирился» (Винцер Б. Солдат трёх армий. – М.: Прогресс, 1971).

Когда читаешь воспоминания ветеранов немецкой армии, то просто удивляешься, как мог возникнуть миф о якобы идеальной германской военной машине. Уж кто-кто, а немецкие ветераны знали цену этому самому немецкому порядку – испытали его на своей шкуре.

В своих воспоминаниях Питер Бамм приводит рассказ о том, как в начале 1942 года в Крыму он доставал одеяла для эвакуации раненых. Зимой одеяла у немцев быстро стали дефицитом. Официальным путём пополнять запас одеял было очень долгим делом – слишком уж неповоротлива была бюрократическая машина. Поэтому приходилось использовать «обходные» каналы.

«Два капрала, Шурц и Вотруба, пришли к нам с предложением, что они  полетят в Бухарест, чтобы пополнить наши запасы одеял. Шурц был опытным, много повидавшим человеком, в течение многих лет он служил в качестве шеф-повара на трансатлантических лайнерах. Вотруба был продавцом вакуумных пылесосов. Эта блестящая идея позволяла им хотя бы на  некоторое время отвлечься от монотонных будней позиционной войны. Было ясно с самого начала, что это была их собственная идея, и они были как раз теми людьми, которые могут успешно справиться с поставленной задачей.

Мы смогли сами изготовить целую коллекцию разного рода пропусков, а кроме того, дали им с собой несколько пачек сигарет. С их помощью было легче всего расположить к себе людей и заставить их помогать. Затем среди раненых мы выбрали одного пожилого старшего сержанта и посвятили его в суть дела. Он согласился сыграть роль человека, якобы получившего опасное для жизни ранение, которого должны были сопровождать два санитара. На самом деле у него было только лёгкое ранение в бедро. Вся тройка вылетела в Бухарест.

Через неделю два наших путешественника прибыли обратно в Джухари-Каралес. Они выпили большое количество коктейлей в барах Бухареста. Между делом они нашли своих подружек, с которыми познакомились ещё в 1940 году, когда дивизия тренировалась в Румынии. Но они доставили два самолёта, доверху набитые одеялами.

Первым делом они отправились к начальнику госпиталя военно-воздушных сил. Он отнёсся с пониманием к их просьбе и выделил необходимое количество одеял. Затем они дали взятку сигаретами водителю грузовика. Он доставил одеяла на аэродром. Затем они направились к начальнику аэродрома и попросили его предоставить самолёт. Нет ничего удивительного в том, что тот их просто прогнал. Но они проявили настойчивость и подошли к нему во второй раз. На этот раз он попросил их предъявить документы. Они могли быть арестованы в любой момент за самовольную отлучку. Начальник аэродрома отнёсся к изготовленным нами документам без особого доверия.

- Но,  - сказал Вотруба, - мы поведали ему красивую историю. А затем мы попытались его разжалобить: раненые лежат прямо на снегу… и тому подобное. Я даже смог выдавить из себя одну или две слезы. В конце концов, начальник аэродрома рассмеялся и выделил в их распоряжение два самолёта»…

maxpark.com


Смотрите также